Это был компромат не на Амина, а на многих государственных деятелей СССР и дружественного ему соц. лагеря. Документы были на английском языке и Игорь их читал запросто. Пока спецназовцы и офицеры воровали золотые бляшки и деньги, Игорь воровал документы о видных взяточниках, хапугах и подлецах в партийном и государственном аппарате, спрятав их под свою куртку.. Наворовавшись, офицеры вспомнили о документах и, отогнав Игоря, принялись тут же изучать их. А Игорь.

Игорь оказался дураком. Приехав в Союз, он показал кой-какие документы своим друзьям и, естественно, попал в поле деятельности КГБ. Дальше было преследование, перестрелка, даже убитые, раненые и переломанный Игорь оказался в тюрьме.

На следующий день, нас, новичков, выстроили во дворе и стали распределять по работам.

- Есть ли среди вас инженеры-сантехники или инженеры теплотехники, спросил прапорщик.

- Я инженер гидравлическим и пневматическим системам. Вам такие не нужны? - крикнул я.

- Пойдет, - сказал прапор - Сейчас найдем тебе помощника и пойдешь на печь.

- А нельзя ли мне выбрать самому.

О Он посмотрел на меня, подумал, почесал между ног и сказал.

- Валяй.

И я вытащил Игоря.

Эта была печь для сжигания трупов. Всего их две. Стоят они рядом. Одна не работает, испорчены форсунки и система подачи мазута, другая трудится во всю мощь. Доходяги, это заключенные схватившие большие дозы радиации и умершие от этого, лежали в скрюченных позах рядом с печью, дожидаясь своей очереди.

- Вот печь, - сказал прапор, подведя нас к ней, - Если сделайте ее, я вас в механики по ее обслуживанию переведу, будете еще транспортировщиками, перевозить падаль сюда.

Увидев трупы, меня чуть не стошнило и только шлепок Игоря по спине, заставил сдержаться.

Мы залезли в печь и начли копаться в трубопроводах и помпах подачи мазута. Неисправность я нашел быстро, в поршенек насоса попались опилки и его заклинило.